25.07.2024 25 июля 1853 года в Минске была создана первая профессиональная пожарная часть. Эта дата и стала Днём пожарной службы Республики Беларусь. Борьбой с огнём всегда занимались самые смелые, мужественные и неравнодушные к чужой беде люди…
ГОРОД ГОРЕЛ ПОСТОЯННО
На протяжении многих веков вся городская застройка в Гомеле была деревянной. Одной случайной искры из дымохода было достаточно, чтобы соломенные крыши зданий заполыхали. И случалось, что пожары выжигали полгорода. Как, например, в сентябре 1737 года. Пламя вспыхнуло на улице Троицкой (ныне — Крестьянской), где местная жительница сушила грибы. Неосторожность хозяйки привела к большому пожару в центре города. Профессиональной службы в то время не было, тушением занимались горожане. Каждому полагалось иметь пожарный багор и по очереди дежурить по ночам.
В начале ХХ века ситуация мало изменилась — в большинстве случаев пожары вспыхивали из-за неисправности печек и дымоходов. По этой причине неоднократно горели лучшие бани Гомеля на Фельдмаршальской улице (ныне — Пролетарской). Но случались и поджоги, например, в октябре 1911 года кто-то засунул зажжённую тряпку с керосином за обшивку дома Скрыжацкого на Гусевской улице. А в январе 1906 года весь центр Гомеля снова был выжжен пожаром, умышленно устроенным во время погрома хулиганами из «чёрной сотни». Ущерб тогда оценили в миллионы рублей.
Пожары случались повсеместно, и положить этому конец первыми решили в Минске. Губернское правление и городская дума 25 июля 1853 года утвердили смету расходов на содержание пожарной части в составе одного брандмейстера, двух унтер-брандмейстеров и 48 рядовых. Вскоре профессиональная пожарная команда появилась и в Гомеле. Размещалась она в районе Базарной площади (ныне — площади Ленина) и находилась в распоряжении городской полиции. Правда, в составе команды было всего несколько человек, от которых требовалось в случае пожара мобилизовать население, раздать горожанам хранящиеся в кладовке топоры, багры, лопаты и вёдра. Территорию города пожарные осматривали с наблюдательной вышки.
Централизованное ведомство вроде нынешнего МЧС и соответствующее финансирование в царское время отсутствовало. А на большее в бюджетах местных самоуправлений просто не было средств. Метод тушения пожаров применялся по сути средневековый — вокруг очага горения создавали разрывы, снося любые на пути огня постройки. Часто ими оказывались целые жилые дома. Со временем гомельчане освоили гуманный способ профилактики — начали строить брандмауэры — разграничительные защитные стены из кирпича. Остатки последней такой стены были демонтированы несколько лет назад на улице Плеханова.
Ресурсов небольшой пожарной команды явно не хватало для борьбы с огнём. И тогда ей в помощь снова призвали общественность. На этот раз её организация приняла более масштабный и системный характер. В 1896 году было образовано Гомельское вольно-пожарное общество (ГВПО). В районе современного стадиона «Центральный» на площади Восстания было построено пожарное депо с каменной каланчой. Здесь же располагался чудесный Максимовский парк с летним амфитеатром и трек-катком. Финансировалось общество по большей части за счёт взносов, доходов от вечеров и гуляний, аренды и пожертвований.
ЛЕТУЧИЕ ОТРЯДЫ СПЕШАТ НА ПОМОЩЬ
Упомянутый парк был назван в честь первого председателя общества Ивана Максимова, одного из выдающихся общественных деятелей Гомеля начала прошлого века. Преподаватель географии в правительственной мужской гимназии и завуч в частной гимназии Ратнер снискал немалую известность на педагогическом поприще, будучи автором 50 специальных работ на эту тему. Кроме ГВПО, Максимов руководил местным Красным Крестом, был гласным городской думы и депутатом уездного земского собрания, входил в руководящий состав ещё с полдюжины общественных организаций. А ещё Максимов был большим любителем охоты, вот почему в рядах пожарных летучих отрядов было так много охотников.
Добровольцы-пожарные в мирной жизни могли быть кем угодно, но все они проходили специальную подготовку на регулярных сборах. И если наблюдатель с вышки замечал, как в каком-либо районе Гомеля вздымались в небо клубы дыма — туда устремлялся летучий отряд. По гомельским улицам лихо мчался конный пожарный обоз.
Сейчас повозка с бочкой может вызвать улыбку, но для того времени это был прогрессивный метод тушения пожаров. Благодаря ручной помпе струю воды можно было направлять на полыхающие постройки с относительно безопасного расстояния. Телега с помпой, запряжённая лошадьми, стала прообразом современной пожарной машины. Летучая колонна ГВПО располагала четырьмя ручными насосами, пятью бочками и таким же количеством лошадей.
В 1913 году в Гомеле на Базарной площади было построено второе пожарное депо — полностью каменное и с высокими воротами. Возможно, такие проёмы заранее были рассчитаны на использование в будущем пожарных автомобилей, уже появившихся в мире.
В годы Первой мировой войны в Залинии открылся ещё один пожарный двор, в дополнение к пожарным частям в центре Гомеля и пожарной команде в Новобелице.
ГРУППОВОЕ ФОТО С ИСТОРИЕЙ
Групповая фотография, ныне хранящаяся в фондах музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля, сделана около 1900 года, вероятно, на фоне деревянного здания Гомельского вольно-пожарного общества в районе нынешней площади Восстания. Снимок даёт представление о том, кто жертвовал в те годы на нужды ГВПО и всей душой болел за развитие пожарного дела в городе и его окрестностях.
Во втором ряду на стульях сидят «сливки» гомельского общества. Девятый слева в служебном мундире и фуражке — уже знакомый нам председатель общества Иван Максимов. По правую руку от него — преимущественно представители деловых кругов Гомеля — владельцы заводов, газет, пароходов и гомельских торговых синдикатов. Классические представители буржуазии того времени — некоторые в котелках, со стоящими кверху усами. По левую руку от председателя — в большинстве своём госслужащие в униформе и два гомельских священника.
Шестой слева — старший офицер с хорошей армейской выправкой и орденами Св. Анны и Св. Станислава на груди. Как нам удалось установить, это командир 160-го пехотного Абхазского полка полковник Николай Сулимов. И он здесь вовсе не «свадебный генерал». Солдаты и офицеры полка неоднократно привлекались к тушениям крупных пожаров, в частности — учебная полковая команда, которой в 1911 году руководил капитан Копиш.
Рядом с командиром «абхазцев» сидит чиновник высокого класса со шпагой гражданского чина в руках. Насколько позволяет рассмотреть старая фотография — у него в петлице три большие звезды, что говорит о звании тайного советника, чине 3-го класса, соответствующем генерал-лейтенанту в армии. В центре композиции можно рассмотреть и лицо молодой девушки в шляпке, и ребёнка. Вероятно, это члены семьи кого-либо из пожарных.
Очевидно, что чиновники и предприниматели в первых рядах на снимке являлись членами правления и почётными членами ГВПО. Основную же тяжесть борьбы с огнём несли добровольцы-дружинники и начальники команд.
ХРОНИКА ПОЖАРОВ ОДНОГО ЛЕТА
Сообщениями о пожарах гомельская пресса того времени буквально пестрела. Вот что писала летом 1911 года популярная газета «Гомельская копейка».
Из-за неисправного дымохода 12 июня горел дом на Замковой улице (ныне — проспект Ленина). Четыре дома сгорели дотла 25 июня в селе Кузминичи, убыток составил четыре тысячи рублей. А 9 июля огонь несколько часов бушевал в Николаевке Гомельского уезда и уничтожил 40 крестьянских домов, в пламени погибли все лошади.
В тот же день загорелся дымоход дома Раевского на Аптечной улице (ныне — Жарковского), к месту пожара устремилась и городская пожарная команда, и охотники вольно-пожарного общества. Но огонь удалось потушить самим жильцам.
Конец июля 1911 года стал вообще трагическим. Возможно, по причине аномальной для того времени жары — 27 июля термометр показывал «32 градуса на солнце», пожары бушевали в разных местах Гомельского уезда. В 9 утра полыхало в деревне Кунторовка, горело 76 дворов. В огне погибли женщина и 4-летний ребёнок. От небрежного обращения с огнём сгорел дом в деревне Иваки Гомельского уезда, двое погибших. А 12 августа полыхал кирпичный завод в семи верстах от Любен.
Но и сами гомельские пожарные время от времени несли потери. Так, в 5 часов вечера 22 декабря 1911 года загорелся доходный дом Ивицкого на Румянцевской улице, в котором размещалась гостиница «Москва».
Как писали газеты, «огонь с невероятной силой распространился в верхнем этаже дома». На пожар лично прибыл городской полицмейстер Орда, но огонь удалось победить только поздно вечером. При этом рядовой Блескин получил ранение уха, а охотник ГВПО Бирбраер — рану головы. Обоих доставили в лечебницу доктора Сапожкова.
В августе того же года в Шерстине из-за неосторожного обращения с огнём 11-летнего крестьянского мальчика сгорело 67 дворов и 36 овинов с запасами хлеба. Пожар уничтожил и казённую винную лавку с запасами вина и спирта в 102 ведра. Общие убытки составили 62 тысячи рублей. Но самое страшное — в огне снова погибли люди.
До революции никакой государственной помощи погорельцам не полагалось. Пострадавшие могли рассчитывать только на поддержку из деревенских общественных складов — если там что-то было, конечно. «Люди остались буквально в одном белье. Положение их отчаянное. У многих вместе с имуществом погибли и наличные деньги, сбережённые путём недоедания», — писала «Гомельская копейка».
Иногда дело доходило до печальных курьёзов — в 1911 году погорельцы в Прудке только отстроились, как очередной пожар уничтожил 16 домов, в том числе и только что возведённые. Помощь пострадавшим в этом случае оказало ГВПО. Его дружинники остановили пожар на 11-й хате, чем спасли село от полного уничтожения. После чего председатель общества Иван Максимов лично собрал 140 рублей помощи и отправил в Прудок на лошади 20 пудов хлеба.
В августе того же года пожарные потушили сарай с яблоками и грушами на Аптечной улице у дома Цыпоркиной, не дав огню перекинуться на соседние здания. В тот же день горела мастерская Желудева на углу Румянцевской и Базарной (ныне — Трудовой). А через несколько дней на станции Гомель загорелся вагон с шелковичными коконами в мешках, шедший из Средней Азии. Вагон отцепили и потушили, но 88 пудов товара почти полностью сгорело.
О ПРОБЛЕМЕ В СМИ
Тем же злополучным летом «Гомельская копейка» вышла с большой статьёй на первой полосе под названием «Красный петух». Автор напомнил читателю о проблеме: летом, когда все мужчины на полевых работах — деревня абсолютно беспомощна перед огненной стихией, но и осенью — тушить или нечем, или пожарные бочки в таком состоянии, что их «страшно трогать с места».
«Для борьбы со страшной стихией необходима полная реорганизация пожарного дела в деревне, необходимо вести широкую пропаганду огнеупорных построек», — заключил автор статьи. А ещё он предложил такое средство профилактики пожаров как детские ясли, «ведь две трети деревенских пожаров произошли от неосторожного обращения с огнём оставшихся без присмотра детей».
Статья подписана псевдонимом «Крестьянин». Но можно предположить, что написал её редактор «Гомельской копейки» Артур Миляев, который руководил одним из летучих отрядов ГВПО. Кстати, Артур Миляев доводится прадедушкой знаменитому барду Александру Розенбауму. Вот такие люди стояли у истоков службы спасения в Гомеле.
⇲
https://belkagomel.by/2024/07/25/konnyj-oboz-i-pradedushka-rozenbauma-s-chego-nachinalas-pozharnaya-sluzhba-v-gomele
![подробнее](/images/portal/ddd.gif)